Попрощавшись с картографом, Искатели Путей, направились дальше, к Приюту Арфиста. Дорога была спокойной и безлюдной, не считая повторной встречи с всадником, верхом на полупрозрачном коне.
К полудню тишину тракта снова рвёт знакомый звук — ритмичный, быстрый, странно приглушённый, как копыта по войлоку. Память срабатывает раньше глаз: вы это уже слышали. Неделю назад. Всадник мчится вам навстречу на том же создании из бледного тумана и холодной магии. Полупрозрачные копыта едва касаются камней тракта. Тот же тёмный плащ, тот же глубокий капюшон, тот же платок на нижней половине лица.
В этот раз он не догонял героев, а двигался навстречу. Вновь не удостоив Искателей даже кивком (за что был обруган Ари), всадник промчался по дороге на огромной скорости. Делайла лишь отметила, что заклинание призыва верхового животного использовалось тоже, что и в прошлый раз.
За пару часов до заката четверка добралась до Приюта. Иссерн, явно не осознавший, что оказался под воздействием чар Лири, предложил четверке ужин. В этот раз постоялый двор был пуст - кроме Иссерна и четверки не было никого и планы можно было обсудить без посторонних ушей (не то, чтобы герои хоть сколько нибудь смущались этого раньше).
Выбор стоял сложный - если Феликс не соврал, то где-то к северо-западу от Приюта следовало искать древнюю, времен Старого Королевства, дорогу на север, через Пики Туманов. Казалось весьма вероятным, что армия зеленокожих могла бы воспользоваться этой дорогой, как единственным известным путем через Пики, а не в обход. Второй вариант - вновь отправиться по Тракту на восток и поискать следы зеленокожих там, казался менее привлекательным.
Но судьба (или кто-то вполне осязаемый) решила за отряд. Прямо во время обеда Ари замер на несколько мгновений, а затем сообщил соратникам, что их прошлый наниматель - Иезекиль - связался с ним с помощью магии. Он предлагал встретиться через 4 дня в Топоре Тролля. И у него было, как он сообщил, хорошо оплачиваемое дело.
Четверка рассудила, что если Иезекиль будет идти из Хорнаста, то должен остановиться в Приюте, где они его и перехватят, но совершенно не учла, что торговец может перемещаться верхом. Лошади в Израненных Землях редки и дороги, но торговец уже демонстрировал волшебный фонарь, так что владеть лошадью вполне мог (чуть позже эта догадка подтвердилась бы, если бы кто-то из четверки задался вопросом). В любом случае искатели пути остались на постоялом дворе до утра. Поджог подвала, кажется, больше не беспокоил Иссерна, что радовало.
Проснувшись с рассветом и позавтракав, четверка вновь оказалась на тракте.
Иссерн принимает плату молчаливым кивком. За порогом — прохлада, непривычная для этой осени: солнце утонуло в молочном тумане, воздух холодит щёки сырым металлом. Впереди дорога растворяется в белом через полсотни шагов. За спиной «Приют Арфиста» уходит так же быстро — только вывеска ещё качается в мути, скрипит на ветру. Градусов четырнадцать по ощущениям, хотя по календарю должно быть теплее. Тракт тянет на северо-восток, привычно и равнодушно.
Места и пейзажи вокруг уже стали почти знакомыми, неудивительно, если трижды пройтись по дороге за последние несколько дней. Идея искателей пути заключалась в том, чтобы использовать Путеводный Камень. По предположению Делайлы, Камень можно было использовать не только для указания пути, но и указания направлению на людей. Эта идея всех заинтересовала, каждого по своим причинам.
К полудню четверка догнала группу путешественников - последователей Семерых Феорвинне и Альдарика, и их спутников - троих детей. Феорвинне исполняла Пакт и направлялась с детьми в Святилище Правды, где-то к северу от Таэль Талор.
Расстояние сокращается, и картина складывается. Впереди — пожилая женщина в белых одеждах с охристой полосой по подолу. На посохе у неё простой знак: восходящее солнце, выложенное медью. Рядом идёт мужчина лет тридцати пяти в тёмной кольчуге. За спиной - щит с вытравленной молнией, ладонь лежит на рукояти меча. Не угрожающе. Так её кладёт человек, привыкший к оружию. За ними - трое детей. Семь, может, девять лет. Пыльные, усталые. Двое идут, опустив головы. Третий - мальчишка с выгоревшими волосами - вертит головой по сторонам и разглядывает вас ещё издалека, без страха, с откровенным любопытством.
Ари очевидно хотел составить компанию Фервинне и ее спутникам, и остальные не возражали. Учитывая названный срок - время у четверки было. И оно им понадобилось - возможно пожилая священница и паладин и могли бы выдерживать темп искателей, но вот дети - точно нет.
К вечеру две группы прошли едва ли половину пути до Путеводного Камня и остановились в небольшой роще чуть в стороне от тракта. По пути пожилая женщина и Ари то тут то там касались Семерых и служения им. Феорвинне следовала заветам Арденты, Альдарик - служил Анолэ и у Ари было о чем с ними поговорить.
К сумеркам тракт выводит к небольшой роще - не отрог Туманного леса, не край какого-нибудь большего массива, просто островок деревьев, пробившихся у старого серого камня. Между стволами бежит мелкий ручей: вода холодная, прозрачная до дна. Ветер сюда почти не заходит. Тянет прелым листом и дымом от прежних кострищ. Хворост сухой — костёр поднимется с первой искры.
На привале Феорвинне подарила Ари свои четки - небольшой подарок за помощь в пути.
Следующий день был похож на предыдущий. Путешественникам встретился только охотник с мулом и собакой.
Навстречу идет пожилой мужчина, лет шестидесяти, жилистый, в потёртой кожаной куртке. За ним на верёвке трусит мул: на спине - две тушки косуль, уже остывшие, с присохшей по бокам шерстью. Рядом идёт крупная лохматая собака, серьёзная, без лая. Мужчина коротко поднимает руку: «Добрый». Идёт один, без опаски - тракт знает. В Хорнаст, на ярмарку.
Он не был знаком с Рейлом быстрой Стрелой, шел с востока, из-за Стального моста и явно намеревался продать добычу в Хорнасте. На вопрос о зеленокожих охотник только пожал плечами. Якобы, на склонах Пиков Тумаан на востоне, за Стальным Мостом изредка видны огни, но что это - костры, древняя магия или шутки разума - трудно было сказать.
К вечеру группа добралась до Путеводного Камня.
В стороне от дороги, между двумя холмам стоит высокий каменный столб. Оплыл от столетий, чуть покосился, но знаки на его гранях ещё читаются - вписаны между двумя концентрическими кругами ровной, терпеливой рукой. Чем ближе подходите, тем меньше хочется идти дальше. Воздух мягче. Ветер как будто не дотягивается. Тянет тёплой травой, речным илом, дымом прежних костров. Привычный дорожный холодок уходит из плеч, словно кто-то накинул плащ.
У Камня каждому выдалась возможность задать вопросы и, что важнее, получить ответы от остатков древнего волшебства. Интереснее всего вышло с Делайлой - вместо направления она услышала тихий шепот, и ни у кого не было идеи, почему так. Волшебство путеводного камня оказалось сложнее, чем представлялось на первый взгляд. Эта же магия указала на Иезекиля - как раз в направлении Топора Тролля.
Следующие пару дней выдался обыденным и обыкновенным. К полудню второго дня путешественники добрались до Топора Тролля. Феорвинне со спутниками продолжили путь на восток, а искатели Путей свернули на постоялый двор, где их должен был ждать наниматель.
К вечеру тракт выводит вас к знакомому холму. На гребне - приземистое, длинное здание: толстые брёвна, островерхая крыша, над трубой вьётся дымок. «Топор Тролля». У коновязи - одна гнедая лошадь, рабочая, без геральдики на упряжи. Тянет конюшенным духом: навоз, кожа, горячий металл. Из кузни - глухой ровный стук: кто-то подбивает подкову.
Кивнув Робертусу, главе наемников, охраняющих постоялый двор, четверка зашла в основной зал. Старые знакомые - Эалдиад, дочь владельца постоялого двора, и Иезекиль что-то обсуждали за столом у очага. Торговец махнул четверке, и, вскоре, рассказал, что его цель - старая дозорная башня на тропе в стороне от Тракта. Места там неспокойные (и герои живо вспомнили кабанов, с которыми им довелось столкнуться на этой самой тропе), торговцу требовалась охрана. Оплата действительно была солидной - сто пятьдесят золотых за сопровождение к башне. Иезекиль собирался найти какие-то скрытые ходы в башне, которые должны содержать ценные для него записи.
До заката оставалась еще пара часов и все четверо изнывали после медленной дороги. Особенно тяжело приходилось Эзре, буквально бегавшему по потолку. Он же и узнал у охраны постоялого двора, что они видели день назад несколько фигур на опушке Темного Леса, и если кто-то решил устроить засаду на тропе, то Волчья Лощина - лучшее для этого место. Впрочем, никому не пришло в голову, что, не задержись Искатели Пути - они могли бы проскочить засаду, если таковая была.
Взвесив варианты, герои все же решили не суетиться и сунуть голову в пасть волка. Иезекиль хладнокровно поддержал эту идею - не бегать от неизвестных, а сразу разобраться с проблемой. К тому же было непонятно, кому понадобилось на него устраивать засаду - по крайней мере, Ари и Эзра пришли к выводу, что засада предназначалась торговцу.
Утром, собрав вещи, включая припасы, оплаченные Иезекилем, искатели спустились к уже собранному в дорогу торговцу. тут как раз заканчивал разговор с Робертусом.
Р: Никаких. Контракт с вашим другом кормит до конца лета. Прохожие на тракте — не моя забота, пока не лезут во двор. А: Хорошо. Последний вопрос. Твои до Прихода Стужи здесь? Р: Да. До двадцатого. А: Может, понадобится пара рук. Две недели, сопровождение до Таэль Талор. Обсудим, когда вернусь — дней через десять. Р (короткий кивок): Поговорим.
Вместе с торговцем герои выдвинулись на старой тропе. В отличие от Тракта, здесь царило почти забытое запустение. Возможно, по этой дороге никто не ходил уже две недели, с тех пор как четверка по ней же вышла к постоялому двору и обжитым землям к западу.
Остаток дня обошелся без происшествий. Не желая на ночь глядя, уставшими с дороги, лезть в Волчью Лощину, путешественники и торговец устроили ночлег в нескольких часах ходьбы от обозначенного места.
Утро следующего дня выдалось туманным. Плотные молочные хлопья мешали видимости, словно облако спустилось к самой земле, скрывая все вокруг. Пару часов спустя отряд начал спускаться в небольшую лощину, зажатую между двух холмов. Оценить ее масштабы в тумане было сложно, так что держа руки на оружии четверка шагнула в неизвестность.
На небольшой развилке их окликнули. Скрытый туманом человек (человек ли?) крикнул "оружие и кошельки на землю - и мы вас не тронем". Ни Искатели Путей, ни торговец не поверили его словам, вытаскивая оружие отнюдь не для того, чтобы его сложить. И, спустя мгновение, под речитатив заклинаний, черные кляксы темноты накрыли отряд...